Кир Булычев. О страхе

Перед Курским вокзалом с лотка продавали горячие пирожки с мясом. Раньше их продавали везде, но, видно, с увеличением дефицита мясных продуктов, при косной политике цен, когда нельзя волюнтаристски увеличить цену на пирожок вдвое, столовые предпочитают сократить производство пирожков

О страхе скачать книги бесплатно

О страхе Это ознакомительный отрывок книги. Данная книга защищена авторским правом. Для получения полной версии книги обратитесь к нашему партнеру - распространителю легального контента"ЛитРес":

Кир Булычев. О страхе (Аудиокнига). Женщина повела гостя наверх и открыла одну из дверей. самы Булычев. (Аудиокнига).

Раньше их продавали везде, но, видно, с увеличением дефицита мясных продуктов, при косной политике цен, когда нельзя волюнтаристски увеличить цену на пирожок вдвое, столовые предпочитают сократить производство пирожков. Я смотрел на короткую очередь к лотку и представлял, как эти пирожки медленно вращаются, плавают в кипящем масле, и мне хотелось пирожка до боли под ложечкой. И я был горд собой, когда сдержался и вошел в стеклянную дверь, отогнав соблазнительное видение.

Мне категорически нельзя есть жирное тесто. Еще пять лет назад у меня был животик, а теперь некоторые называют мой животик брюхом. Я слышал, как моя бывшая возлюбленная Ляля Ермошина говорила об этом подруге в коридоре. Они курили и не заметили, что я подошел совсем близко.

Рассказы О страхе Перед Курским вокзалом с лотка продавали горячие пирожки с мясом. Раньше их продавали везде, но, видно, с увеличением дефицита мясных продуктов, при косной политике цен, когда нельзя волюнтаристски увеличить цену на пирожок вдвое, столовые предпочитают сократить производство пирожков. Я смотрел на короткую очередь к лотку и представлял, как эти пирожки медленно вращаются, плавают в кипящем масле, и мне хотелось пирожка до боли под ложечкой.

И я был горд собой, когда сдержался и вошел в стеклянную дверь, отогнав соблазнительное видение. Мне категорически нельзя есть жирное тесто. Еще пять лет назад у меня был животик, а теперь некоторые называют мой животик брюхом.

Перед Курским вокзалом с лотка продавали горячие пирожки с мясом. Мягкие и жирные. По десять копеек. Раньше их продавали везде.

Раньше их продавали везде, но, видно, с увеличением дефицита мясных продуктов, при косной политике цен, когда нельзя волюнтаристски увеличить цену на пирожок вдвое, столовые предпочитают сократить производство пирожков. Я смотрел на короткую очередь к лотку и представлял, как эти пирожки медленно вращаются, плавают в кипящем масле, и мне хотелось пирожка до боли под ложечкой. И я был горд собой, когда сдержался и вошел в стеклянную дверь, отогнав соблазнительное видение.

Мне категорически нельзя есть жирное тесто. Еще пять лет назад у меня был животик, а теперь некоторые называют мой животик брюхом. Я слышал, как моя бывшая возлюбленная Ляля Ермошина говорила об этом подруге в коридоре. Они курили и не заметили, что я подошел совсем близко. А когда увидели меня, то засмеялись. Как будто были внутренне рады, что я случайно подслушал их слова. Такое впечатление, что вся страна сорвалась с мест, с детьми, бабками, тюками, чемоданами, ящиками… Бесконечные ряды сидений на втором этаже были вплотную заполнены людьми.

Если кто засыпал, то склонял голову на плечо соседу. И все это смешивается с извечными признаками дороги — смесью воздуха из плохо промытых, пропитанных хлоркой уборных, бурого угля и просмоленных шпал. Никуда нам не деться от этой симфонии запахов.

Булычев Кир - О страхе

Раньше их продавали везде, но, видно, с увеличением дефицита мясных продуктов, при косной политике цен, когда нельзя волюнтаристски увеличить цену на пирожок вдвое, столовые предпочитают сократить производство пирожков. Я смотрел на короткую очередь к лотку и представлял, как эти пирожки медленно вращаются, плавают в кипящем масле, и мне хотелось пирожка до боли под ложечкой. И я был горд собой, когда сдержался и вошел в стеклянную дверь, отогнав соблазнительное видение.

Творчество Кира Булычева потрясает своими объемами. Капли сочащегося страха — о страшном в творчестве писателя-фантаста Кира Булычева.

Кир Булычев О страхе Перед Курским вокзалом с лотка продавали горячие пирожки с мясом. Раньше их продавали везде, но, видно, с увеличением дефицита мясных продуктов, при косной политике цен, когда нельзя волюнтаристски увеличить цену на пирожок вдвое, столовые предпочитают сократить производство пирожков. Я смотрел на короткую очередь к лотку и представлял, как эти пирожки медленно вращаются, плавают в кипящем масле, и мне хотелось пирожка до боли под ложечкой. И я был горд собой, когда сдержался и вошел в стеклянную дверь, отогнав соблазнительное видение.

Мне категорически нельзя есть жирное тесто. Еще пять лет назад у меня был животик, а теперь некоторые называют мой животик брюхом. Я слышал, как моя бывшая возлюбленная Ляля Ермошина говорила об этом подруге в коридоре. Они курили и не заметили, что я подошел совсем близко. А когда увидели меня, то засмеялись.

Как будто были внутренне рады, что я случайно подслушал их слова. Такое впечатление, что вся страна сорвалась с мест, с детьми, бабками, тюками, чемоданами, ящиками… Бесконечные ряды сидений на втором этаже были вплотную заполнены людьми. Если кто засыпал, то склонял голову на плечо соседу. И все это смешивается с извечными признаками дороги — смесью воздуха из плохо промытых, пропитанных хлоркой уборных, бурого угля и просмоленных шпал.

О страхе (Кир Булычев, 1972)

Читать книгу на сайте: Читать онлайн Моя оценка: Перед Курским вокзалом с лотка продавали горячие пирожки с мясом. Раньше их продавали везде, но, видно, с увеличением дефицита мясных продуктов, при косной политике цен, когда нельзя волюнтаристски увеличить цену на пирожок вдвое, столовые предпочитают сократить производство пирожков. Я смотрел на короткую очередь к лотку и представлял, как эти пирожки медленно вращаются, плавают в кипящем масле, и мне хотелось пирожка до боли под ложечкой.

«Сто лет тому вперёд» — фантастическая повесть Кира Булычёва из цикла об Алисе . «психическую атаку» на скрывающегося в доме Весельчака У, который от страха выскакивает из окна и, ударившись, теряет сознание.

О страхе Перед Курским вокзалом с лотка продавали горячие пирожки с мясом. Раньше их продавали везде, но, видно, с увеличением дефицита мясных продуктов, при косной политике цен, когда нельзя волюнтаристски увеличить цену на пирожок вдвое, столовые предпочитают сократить производство пирожков. Я смотрел на короткую очередь к лотку и представлял, как эти пирожки медленно вращаются, плавают в кипящем масле, и мне хотелось пирожка до боли под ложечкой.

И я был горд собой, когда сдержался и вошел в стеклянную дверь, отогнав соблазнительное видение. Мне категорически нельзя есть жирное тесто. Еще пять лет назад у меня был животик, а теперь некоторые называют мой животик брюхом. Я слышал, как моя бывшая возлюбленная Ляля Ермошина говорила об этом подруге в коридоре. Они курили и не заметили, что я подошел совсем близко.

А когда увидели меня, то засмеялись.

Кир Булычев — О страхе

Желая спасти себя и своих близких, они попадают в эпоху застоя. Другое время и, казалось бы, смерть им не грозит, но КГБ решительно отправляет всех назад:

Статья «Кир Булычев. Город наверху» на научно-популярном портале в подсознании первобытным страхом, стремлением вырваться.

Автор Кир Булычев Кир Булычев больше суток. Вы думаете, что я стал прятать и уничтожать медали? Ничего подобного, я уничтожал, прятал и раздавал друзьям различного рода самиздат, накопившийся в доме. В том числе и собственные опусы недозволенного характера. Во время этой процедуры мой первый ящик стола почти весь погиб. Но затем начал наполняться вновь. Сейчас, отыскав время и желание, я провел новый самообыск, но не с целью окончательного уничтожения крамолы, а ради любопытства.

За десятилетия я попросту забыл, что в ящике хранится. Под столом и под шкафом я отыскал несколько пыльных папок. Они были набиты бумажным хламом, который не нужен, но не выкидывается, потому что"может пригодиться". Среди пожелтевших рецензий, очерков, набросков, планов, начатых и оставленных книг я нашел и несколько опусов своего неиздата. Некоторые из них показались мне любопытными. К примеру, повесть, написанная в конце года, в дни пятидесятилетия Октября.

Читать бесплатно книгу О страхе - Булычев Кир

Раньше их продавали везде, но, видно, с увеличением дефицита мясных продуктов, при косной политике цен, когда нельзя волюнтаристски увеличить цену на пирожок вдвое, столовые предпочитают сократить производство пирожков. Я смотрел на короткую очередь к лотку и представлял, как эти пирожки медленно вращаются, плавают в кипящем масле, и мне хотелось пирожка до боли под ложечкой. И я был горд собой, когда сдержался и вошел в стеклянную дверь, отогнав соблазнительное видение. Мне категорически нельзя есть жирное тесто.

Еще пять лет назад у меня был животик, а теперь некоторые называют мой животик брюхом. Я слышал, как моя бывшая возлюбленная Ляля Ермошина говорила об этом подруге в коридоре.

Пауки, которые чуют страх - пауки с планеты Появляются в повести Кира Булычёва"Гай-до". Внешни Править. Глаза у пауков круглые.

Раньше их продавали везде, но, видно, с увеличением дефицита мясных продуктов, при косной политике цен, когда нельзя волюнтаристски увеличить цену на пирожок вдвое, столовые предпочитают сократить производство пирожков. Я смотрел на короткую очередь к лотку и представлял, как эти пирожки медленно вращаются, плавают в кипящем масле, и мне хотелось пирожка до боли под ложечкой. И я был горд собой, когда сдержался и вошел в стеклянную дверь, отогнав соблазнительное видение. Мне категорически нельзя есть жирное тесто.

Еще пять лет назад у меня был животик, а теперь некоторые называют мой животик брюхом. Я слышал, как моя бывшая возлюбленная Ляля Ермошина говорила об этом подруге в коридоре. Они курили и не заметили, что я подошел совсем близко. А когда увидели меня, то засмеялись. Как будто были внутренне рады, что я случайно подслушал их слова.

Такое впечатление, что вся страна сорвалась с мест, с детьми, бабками, тюками, чемоданами, ящиками Бесконечные ряды сидений на втором этаже были вплотную заполнены людьми. Если кто засыпал, то склонял голову на плечо соседу. Некоторые транзитники проводят на вокзале по нескольку дней, отстаивая безнадежно длинные очереди к кассам, Другие произведения автора:

Читать онлайн"О страхе" автора Булычев Кир - - Страница 1

Кир Булычев О страхе Перед Курским вокзалом с лотка продавали горячие пирожки с мясом. Раньше их продавали везде, но, видно, с увеличением дефицита мясных продуктов, при косной политике цен, когда нельзя волюнтаристски увеличить цену на пирожок вдвое, столовые предпочитают сократить производство пирожков. Я смотрел на короткую очередь к лотку и представлял, как эти пирожки медленно вращаются, плавают в кипящем масле, и мне хотелось пирожка до боли под ложечкой.

И я был горд собой, когда сдержался и вошел в стеклянную дверь, отогнав соблазнительное видение. Мне категорически нельзя есть жирное тесто. Еще пять лет назад у меня был животик, а теперь некоторые называют мой животик брюхом.

Поселок автор Кир Булычев читает Иван Литвинов В теле были пустота и обыкновенность, хотя сам от себя он ждал волнения, может, страха.

Капли сочащегося страха — о страшном в творчестве писателя-фантаста Кира Булычева. Между тем начав глубоко изучать его творчество, я был поражен новым открытием того, кого казалось бы знал и понимал с раннего детства. В этой статье я хотел бы рассказать о Булычеве как о хоррор-мейкере, об этой почти ни открытой стороне его творчества. Речь пойдет о литературе и кино, потому что часто случалось, что именно кино добавляло в экранизации этого мастера мотивы страшного.

Но иногда и убирало в угоду драматургии эти самые мотивы, художественно обедняя фильм. Так произошло, кстати, с двумя фильмами про Алису, но об этом позже. Каждое литературное и киношное произведение мы разберем отдельно, благо их немного, но каждое того стоит.

кир булычёв о страхе

Раньше их продавали везде, но, видно, с увеличением дефицита мясных продуктов при косной политике цен, когда нельзя волюнтаристки увеличить цену на пирожок вдвое, столовые предпочитают сократить производство пирожков. Я смотрел на короткую очередь к лотку и представлял, как эти пирожки медленно вращаются, плавают в кипящем масле, и мне хотелось пирожка до боли под ложечкой. И я был горд собой, когда сдержался и вошел в стеклянную дверь, отогнав соблазнительное видение.

Мне категорически нельзя есть жирное тесто. Еще пять лет назад у меня был животик, а теперь некоторые называют мой животик брюхом.

Кир Булычев Один из известнейших советских писателей-фантастов, учёный-востоковед и Бронзовая Улитка - Малая форма ("О страхе").

Раньше их продавали везде, но, видно, с увеличением дефицита мясных продуктов, при косной политике цен, когда нельзя волюнтаристски увеличить цену на пирожок вдвое, столовые предпочитают сократить производство пирожков. Я смотрел на короткую очередь к лотку и представлял, как эти пирожки медленно вращаются, плавают в кипящем масле, и мне хотелось пирожка до боли под ложечкой. И я был горд собой, когда сдержался и вошел в стеклянную дверь, отогнав соблазнительное видение.

Мне категорически нельзя есть жирное тесто. Еще пять лет назад у меня был животик, а теперь некоторые называют мой животик брюхом. Я слышал, как моя бывшая возлюбленная Ляля Ермошина говорила об этом подруге в коридоре. Они курили и не заметили, что я подошел совсем близко. А когда увидели меня, то засмеялись. Как будто были внутренне рады, что я случайно подслушал их слова. Такое впечатление, что вся страна сорвалась с мест, с детьми, бабками, тюками, чемоданами, ящиками… Бесконечные ряды сидений на втором этаже были вплотную заполнены людьми.

Если кто засыпал, то склонял голову на плечо соседу. Даже громадный, высокий новый зал вокзала не может рассеять российский железнодорожный запах, который, как мне кажется, живет в полосе отчуждения с середины прошлого века, так как в нем смешиваются не только ароматы современные — дух электрических искр и разогретой пластмассы, — но и такие давно умершие в иных местах запахи, как вонь онуч, скисшего молока, избы, которую топят по-черному.

Бойцы UFC о Страхе